Руслан Кузнецов (ruslankuznetsov) wrote,
Руслан Кузнецов
ruslankuznetsov

Переезд по-американски 1



Как известно, американцы — кочующая нация. Переезд в другой город или штат, не говоря уже о переезде в другой дом в своем городе, для среднестатистического американца всего лишь вопрос времени. Учеба, работа, свадьба, климат, здоровье или скука — причин множество, почему люди продают дома, пакуют свои пожитки и отправляются в новые края. А тем, у кого нет своего дома сделать это даже еще проще.

За восемнадцать лет жизни в Украине я переезжал всего лишь два раза, да и те в пределах города. Здесь за двадцать два года я успел пожить в четырех штатах, девяти городах и двадцать одном доме. Даже мои престарелые родители заразились кочевым духом и сгоняли в калифорнийский Сан-Диего на пару лет. Кстати, пожилые американцы часто переезжают именно потому, что пожилые: кто-то едет греть косточки в теплых штатах, кто-то, выйдя на пенсию, покупает дом мечты всей жизни в живописном месте, чтобы дожить оставшиеся годы в свое удовольствие, а кто-то возвращается в родной город нянчить внуков после долгих лет работы там, где она была востребованной или выгодной.

Ева и Фрэд, отдав заполярной Аляске тридцать лет своей жизни, решили вернуться в Вермонт, чтобы быть поближе к семье и подальше от полярных ночей. Купили дом в горах, перевезли половину вещей и стали ждать, когда найдутся покупатели на пустующий дом в Анкоридже. Чтобы с ним ничего не случилось дали объявление "нужно присмотреть за домом" — обычное для Аляски объявление. Так у нас появилось не просто бесплатное жилье на семь месяцев, но еще и работа: сперва покрасить дом, а затем, когда он продался, помочь с перевозом вещей и машины.

2. Приключение начинается здесь, в компании с говорящим названием "Ты перевози" (а уж мы тебе для этого предоставим все условия).


3. Пикапы, микроавтобусы, грузовики разных размеров и прицепы всех мастей — крытые, открытые, для вещей, мотоциклов или машин.


4. Нам нужен самый длинный грузовик — восемь метров грузового отсека плюс надстройка над кабиной, которая официально называется "мамин чердачек".


5. Все, что может понадобиться в процессе упаковки, загрузки, транспортировки и разгрузки — все здесь, арендуется или покупается. Кое-что, например одеяла для мебели и тележки даются в нагрузку к машине.


6. Неожиданно дырчик Ява.


7. Пакуем барахлишко и подтаскиваем поближе к выходу. Американцы в этом плане бывают разные, наши — хламщики, везут через весь континент много того, что нужно было выбросить десять лет назад.


8. Пошел процесс. Вперед тяжелые коробки, мебель в центр и к стенкам, наверх самое легкое. Все тщательно пакуем и еще тщательнее привязываем, ведь дорога предстоит мало того, что долгая, но и далеко не гладкая, особенно в глуши канадских провинций Юкон и Британской Колумбии — если за несколько дней что-то растрясется, сдвинется и начнет тереться о дорогие вещи, у меня будут проблемы.


9. Все уложено, увязано и три раза проверено. Загружаем машину.


10. В Хондочке я буду ночевать, тут мне повезло. Ни в кабине грузовика, ни в будке места для сна нет.


11. К отъезду готов! Впереди 4,700 миль или 7,500 километров не самых лучших апрельских дорог, плюс несколько горных перевалов, на которых еще может быть снег. Эта мысль слегка омрачает предвкушение приключения, потому что на крутом серпантине на мокром снегу вся эта конструкция с грузом и прицепом будет так же изящна, как аляскинский лось на льду. И там уже не помогут никакие цепи, которых у меня тоже нет. Есть одна только надежда, что снега не будет.


12. С утра выбираюсь из Анкориджа. Первое время не могу понять, почему многие встречные водители здороваются, приподнимая ладонь над рулем. И только когда молодая девушка с улыбкой помахала международным жестом "до свидания", я понял, что со мной не здороваются, а прощаются. Здесь ведь одна дорога, и если ты по ней едешь на восток на грузовике для переездов, да еще с машиной на прицепе, это означает одно: ты уезжаешь с Аляски, возможно, насовсем. Потому тебе и машут аляскинцы, желая счастливого пути на юг.


13. Уже здесь становится понятно, что будет весело: вроде не слабый моторчик едва тянет всю эту массу на подъем, при этом, вопреки ожидаемой плавности хода на груженной машине, кабину сотрясает на каждой кочке. К тому же Форд поскупился на обычную для таких грузовиков воздушную подушку в водительском сиденье, что почти сразу отзывается на моей многострадальной пояснице.


14. Забираюсь на плато, горное великолепие остается позади. Я вырос в донецких степях, возможно поэтому всегда тянулся к противоположному ландшафту. Ошеломляющая поездка в десятилетнем возрасте в горы Осетии эту тягу навсегда впечатала в мое сердце. По счастливой случайности мы эмигрировали в гористый штат и вот уже 22 года я живу исключительно там, где есть горы, будь это Вашингтон, Гавайи, Монтана или Аляска.


15. В первый день проезжаю 650 километров и останавливаюсь на ночлег на границе с Канадой.


16. Надпись на камне гласит: «Пусть эта не укрепленная граница продолжает напоминать о вековой дружбе между нашими странами и служит примером для всего мира».


17. Дорога пролегает по вечной мерзлоте, которая, не обращая внимания на критиков глобального потепления, стабильно оттаивает. Отчего Великое Аляскинское шоссе с каждым годом все больше становится похоже на проселочную дорогу. В тех местах, где просевший грунт угрожает аварийной ситуацией, ремонт не хитрый: сыпят гравий, заливают его смолой (а иногда и не заливают) и втыкают флажок в обочину. Никакого знака с ограничением или рекомендацией скорости нет, все на усмотрение водителя. Часто приходится сбрасывать скорость до 30 км/ч, а то и меньше, что не так просто на груженной машине. И что не хочется делать, потому что разгоняться на груженной машине тоже не просто. И каждый раз, неправильно прочитав степень коварности кочки и не успев вовремя затормозить, я сжимаю булки и зубы, слушая, как подпрыгивают коробки и мебель за спиной.


18. Попутные и встречные машины — редкость. Грузовики — еще большая редкость, если сравнивать в целом по стране. На Аляску с Большой земли и обратно практически все доставляют паромами и кораблями, оставляя тракам ничтожный процент перевозок. Оно и понятно: слишком далекая и сложная дорога.


19. Девиз компании "Делает переезд легче" может и работает для небольших расстояний и машин поменьше, но я все никак не могу успокоиться, что водителя оставили один на один с вибрациями и ударами подвески. К этому моменту я даже немного начинаю паниковать — спина болит в полную силу, а мне еще ехать семь дней.


20. Вторая ночевка, где я по своей неопытности и легкомыслию едва не попадаю в серьезную проблему: разворачиваясь на пятачке, съехал с гравия на мягкую, мокрую почву. На какой-то момент почувствовал пробуксовку, но инерции хватило выехать на дорогу. Всю опасность этого момента я еще осознаю позже.


21. Двигатель здесь, как ни странно, бензиновый, V10, объем 6.8 литров. Под загрузкой тянет он, как я уже говорил, не очень, а вот кушает с большим удовольствием, примерно 1 галлон на 7 миль, или примерно 30 литров на 100 километров.


22. Практически везде на Северном Пути редкие заправки совмещены с ресторанчиками и мотелями.


23. Место перекуса и отдыха для дальних путников. Когда ты в дороге несколько дней и видишь только лес и горы, такие островки цивилизации воспринимаются намного радостней, чем в обычном мире.


24. Опыт путешествия говорит: смотри на обочины так же внимательно, как на саму дорогу, потому что олени, эти странные, склонные к суициду существа, опаснее ям и встречных машин. Карибу в том числе.


25. Позади полторы тысячи километров, добираюсь до границы с Британской Колумбией. Городок Ватсон Лэйк знаменит своим Лесом Указателей.


26. Здесь все: автомобильные номера, уличные указатели и таблички частных домов, логотипы бизнесов, эмблемы клубов и вешки с туристических троп, дорожные знаки, фамильные гербы и еще множество всяких символов, стрелок и индикаторов.


27. И все это со всего мира, и всего этого просто удивительное количество. Как деревьев в лесу.


28. Тем временем на дороге появляется новая опасность — бизоны. Причем опасны они не по-оленьи, эти махины на дорогу ни с того ни с сего как раз не выбегают. Нет, они на нее спокойно выходят, неторопливо укладываются и мирно засыпают. Обычно в темноте.


29. Но меня сейчас даже не бизоны тревожат — я начинаю подъем к озеру Манчо, и погода здесь пока что не обещает ничего хорошего.


30. Закончились бизоны — получи коз. Эти демонстративно вышли на дорогу цепью, что-то там нюхают, лижут. Посматривают на меня, мол, ожидай. Я посигналил — в ответ поднялась только одна голова. Остальные — ноль внимания.


31. Снега все больше и больше, он еще тает на дороге, но на парковках уже нет. Мне нужно успеть до вечера перебраться через перевал, иначе я могу остаться здесь на несколько дней.


32. Неожиданно заканчивается асфальт. Мокрый, мягкий после грейдера гравий еще больше напрягает мотор, еду на подъем из последних сил.


33. Добрался таки до озера. Полное безлюдье, темно, снежно. Внезапно в зеркалах появились две фуры, на извилистой дороге резво обошли по встречке и исчезли за поворотами. Местные, знают дорогу как свой двор.


34. Выясняется еще один момент: в зимний сезон почти половина заправок на моем пути закрыта. Для легковушек и больших траков это не проблема, я же еду впритык, иногда на лампочке. Поэтому работающим заправкам рад как дитя.


35. Внутри тепло и вкусно пахнет. К посетителям здесь отношение особенное, потому что все едут долго, издалека и далеко, а зимой еще и редко. Обязательно заведут небольшой разговор и пожелают счастливого пути.


36. Ветераны все еще в строю. Как правило, американцы предпочитают иметь свежие машины, и все, что старше тридцати лет уже практически не встречается на дороге. Исключение — любимые сердцу каждого работяги "трачки". Их держат до последнего, сперва постоянно ремонтируя, а затем меняя все, что можно заменить, да еще по несколько раз. Эти машины на особом счету у сельских мужиков, к ним относятся с преданной нежностью, обращаясь к ним, как и ко всей технике по английской традиции в женском роде — «олд герл», «старушка».


37. Уютный мотель. После трех дней за рулем уже хочется понежиться в ванной и вытянуться на нормальной кровати.


38. Важнейшая часть любого двора на севере, святая святых каждого хозяйства — генераторная. Электричество здесь, за тысячи километров от цивилизации, только свое, домашнее.


39. К счастью, по другую сторону гор погода отличная. Снежная метель и черные тучи остались позади, можно выдохнуть, потому что это был последний большой перевал перед бесконечными канадскими равнинами.


40. Спускаться на моем грузовике нужно очень аккуратно, с таким грузом и такими уклонами можно легко перегреть тормоза.


41. Навстречу поднимается брат-близнец. Американские номера — значит на Аляску. Удачи тебе на перевалах, брат.


42. Теперь я увижу горы не скоро — это будут Аппалачи, практически в самом конце моего пути.


43. Олени, лоси, карибу, бизоны, козы, дикобраз — все это было. Даже мишку раннего увидел. Но самой большой удачей было встретить волка: он спускался к дороге, здоровенный, красивый, еще по-зимнему пушистый. В сумерках заката смотрелась тварь очень величественно. Я выехал из-за поворота, шансов схватить камеру и сделать кадр у меня не было. Охотники говорят, что можно десять лет прожить в лесу охотясь на волка, и так ни не встретить его не в капкане.


44. Последняя ночевка в горах. Рутина одна и та же: останавливаюсь как только темнеет, поужинал с пивком-киношкой и спать. С утра проснулся в холод, завел машину, печку на стекла, бутылку воды под струю воздуха, подремал еще полчаса, умылся и за руль. На первой заправке набрал кипятку, заварил чайку и позавтракал. Остановки только на заправки и в туалет, отдыхать некогда. Пока ехал по диким местам, при остановке даже не парился съезжать на обочину, машин может не быть и полчаса, и час. Последние три дня рад ночевкам еще и потому, что спина начинает болеть практически с утра и на весь день. Обложился подушками, создал себе корсет из тряпок и ремней, но толку мало. Только в горизонтальном положении можно полностью расслабиться.


45. На четвертый день спускаюсь в провинцию Альберта. Ну все, кроме спины мне больше не о чем переживать, подумал я.


46. А затем случилось это. Сперва увидел, что у меня перегорел фонарь, надо заезжать в мастерскую, которая работает с Юхолом. Мастерская оказалась на краю города, на дороге, которая сразу после их поворота оказалась закрыта для грузовиков. Я, пока выглядывал вывеску, поворот благополучно прозевал, проехал под знак, теперь ищу место где развернуться, а нет такого места. Просто заезды во дворы, даже без прицепа было бы трудно, а с ним и вовсе бесполезно. Притормаживаю, ищу, сзади уже подпирает скопившаяся колонна машин. Уезжая все дальше и дальше от мастерской (а они, естественно, через десять минут закрываются), сделал отчаянную попытку развернуться в чьем-то проезде, который расходится к двум дворам. Все шло неплохо до того момента, как я заехал на траву. Под которой оказалось весеннее болото.


47. Еще не осознавая всей серьезности ситуации попробовал дернуться туда-сюда. Куда там. Машина села осями на землю и даже не дергалась. Как во сне вышел, сделал несколько снимков на телефон. Посмотрел по сторонам: весна, ветерок легкий, солнышко потихоньку уходит на запад. Посмотрел перед собой: груженный под завязку трак сидит на днище, дышло прицепа тоже на земле. Всем этим великолепием перекрыл обе дороги к чьим-то домам. Пять вечера. Что дальше делать — неясно.


Вызывать эвакуатор? Но здесь нужен грузовой, со стрелой, чтобы меня развернуть, обычный с лебедкой вряд ли справится. А грузовому тут будет тоже не просто подъехать, чтобы и меня развернуть, и самому не провалиться. Стою, туплю, думать вообще не хочется. Все так плохо, что  проще пойти, сесть в кабину и почитать новости, что-ли.

Вдалеке у одного из домов все это время стоят два мужика, смотрят. Потом садятся в машину, подъезжают.

— Здорова, парень.
— Здравствуйте. Вот это я лох.
— Да, есть такое дело. Снег же только сошел, там даже моя машина засядет, а ты-то куда на траке.
— Теперь вижу, торопился, не подумал, срезал треугольник.
— Ну и что будешь делать?
— Не знаю, попробую отцепить прицеп, может че получится, или прийдется разгружаться. Хотя кого я дурю.
— Это точно, засел ты тут знатно и надолго. Эвакуатор грузовой надо, штуку баксов сразу готовь.
— ...
— Ну или, чего уж там, давай мы тебя вытащим. Жди тут, сейчас приедем.
— Да в том-то и дело, что трак груженый, тяжелый, здесь надо серьезную технику.
— Жди.

Только сейчас вижу, что это не просто дома, а фермерские дома. С ангарами во дворе. Появляется надежда.

48. Через минут десять приезжают на конкретном таком подъемнике, цепляют пленника за крюки, приподнимают и как есть, со всем барахлом и прицепом выволакивают на дорогу.


— Мужики, спасибо. Чтобы я делал без вас.
— Да ладно, пожалуйста.
— Слушайте, ну я вам тут накопал, может дайте мне лопату, я все выровняю.
— Не надо, езжай, мы сами.
— Но тогда возьмите вот хотя бы по двадцатнику на пивко.
— Пивко не пьем, а вот вискаря жахнем, спасибо.
— Вам спасибо!

49. И так и не успев до конца все осознать и по-настоящему испугаться я снова продолжил свой путь.



50. Генераторную везут на север. Серьезные компании на местах в глуши ничего не строят с нуля: проще привезти полуфабрикаты и составить из них комплекс. А потом можно все это разобрать и увезти. К тому же на мерзлоте строить — еще то удовольствие.


51. Чем дальше я от Аляски, тем чаще обгоняющий народ сигналит и показывает большой палец: ого, издалека едешь, чувак.


52. Эта дорога, как и многие большие дороги на севере — нефтяная артерия. Тракисты-нефтяники ночуют в многочисленных дешевых, но свежих мотелях вдоль дороги.


53. Ехать на грузовике не скучно еще и потому, что каждый спуск и подъем требует расчета и действий. В Канаде на дорогах практически вообще нет полиции, поэтому тракисты, и я в их числе, перед подобными подъемами разгоняются по максимуму, чтобы как можно дальше вылететь на горку. Я в таких случаях добирался до ограничителя в 85 м/ч (135 км/ч). Правда, на затяжных подъемах эта мера мало что дает, инерции хватает чуть дальше, чем до того трака впереди, а затем плетешься 35 м/ч (50 км/ч).


54. А еще чем глубже я заезжаю в цивилизацию, тем сложнее найти место для ночлега. Теперь уже на обочине не остановишься, надо ехать на официальный трак-стоп. Специально стал рядом с настоящим траком для сравнения: не настолько я и короче, чем он. Смешно: для того, чтобы ехать на этой махине не нужна грузовая категория. Ни мне, ни какой-нибудь тетеньке, которая и на своей машинке тольком не умеет ездить. Приходишь, берешь полноценный грузовик, цепляешь к нему прицеп с целой машиной и едь куда хочешь. При этом на точно такой же грузовик только с чуть большей грузоподъемностью нужно сдавать на грузовую категорию. А чтобы к тому точно такому грузовику прицепить точно такой же прицеп — нужно сдавать еще на одну категорию. Бюрократия, да-с.


55. На следующий день заезжаю в один из офисов Юхола поменять фонарь. Там диоды, так что просто лампочку не сменить, надо расклепывать и вынимать весь плафон.


К этому времени уже начинаю ощущать себя асом: сдаю задом в узкие, искривляющиеся проезды и намного лучше чувствую габариты машины и прицепа. Механики, следуя инструкции, заодно проверяют давление в шинах. Должно быть все в порядке, ведь я специально спросил об этом филиппинца, который выдавал мне машину в Анкоридже. Пока тут стою фоткаю, вижу, что парни недоуменно чешут в затылке. Подхожу.

— Слышь, чувак, ты в курсе, что у тебя внутреннее заднее колесо полностью пустое.
— Та ну, не может быть.
— Да, мы проверили, золотник не держит давление, там не могло быть воздуха. Ты давно едешь?
— Ага, с Аляски.

Вытаращенные глаза. По машине ведь не скажешь, там номера могут быть любого штата.

— Чувааак. Тебе очень повезло, что оно за все дни так и не рвануло.

56. А я в это время вспоминаю кочки в Юконе и мои разгоны до максималки перед подъемами.


57. Так как груженный трак им нельзя поднимать, пытаются просто поменять золотник. Я в это время разглядываю картинки на других машинах. У каждой своя тема из какого-нибудь штата: например лошади в прериях Монтаны.


58. Или исследования Вайоминга по рекам. Там же интересный факт и обязательный вопрос: куда ты теперь поедешь?


Таких картинок больше 250, но удивительным образом на моем траке оказалась картинка из города, который является моим конечным пунктом назначения: мост Леонарда Закима в Бостоне, штат Массачусетс.

59. Очередная ночевка в промышленном районе. Здесь уже спится не так спокойно, в любой момент может подъехать коп и постучать в окошко. О, как мы ненавидим этот стук фонарика по стеклу, сколько раз он нас будил за те девять месяцев ночевок в машине...


60. Заезжаю в провинцию Саскачеван. Глубинка Канады во всей своей красивой простоте.


61. Канада — второй после США поставщик зерна в мире. Сегодня зерно по железной дороге везут в океанские порты, а оттуда на Ближний Восток и в Азию. А когда-то канадское зерно покупал Советский Союз, может даже с этого самого элеватора.


62. Гаражи, техника, маленькие предприятия и фирмочки. Повидав заброшенную, умирающую глушь, тем более приятно смотреть на бурлящую деревенскую жизнь.


63. Нефть. Тысячи таких станков-качалок разбросаны по канадским степям.


64. Поместье фермера. Прекрасный пример того, как можно жить без хлама, при этом имея большое количество техники и различного оборудования: просто нужно захотеть не быть хламщиком.


65. Когда мы с Аллой ездили по стране, всегда немного завидовали туристам на высоких моторхомах: какая же у них шикарная обзорность. Даже из моего невысокого грузовичка с небольшим стеклом — и то неплохо.


66. Подобные наглядные примеры невнимательности на ж/д переездах привозят в школы и колледжи, оставляют на заправках и на парковках больших магазинов.


67. Дозаправка локомотива в пути.


68. Поезда в Америке как правило длинные, около 100 вагонов, и часто представляют собой платформы для универсальных контейнеров. Которые и на корабль, и на поезд, и на грузовик можно поставить. А можно купить такой и сделать из него гараж. Или утеплить, прорезать окна и жить в нем.


Тем временем я пересекаю границу с США и сталкиваюсь с очередной бюрократической туфтой.

Еще на въезде в Канаду отважные пограничники спросили меня куда я направляюсь и что везу. Я ответил, что помогаю переехать пожилым людям в Вермонт, а везу их вещи. А какие вещи, спросили меня серьезно. Вещи, которыми пользуются люди, когда живут в доме, и еще мебель, так же серьезно ответил я. Ну, например, спросили они. «Книги, посуда, одежда, шкаф, светильник, стол, стулья, домкрат» — чувствуя себя дураком перечислил я, выборочно, но в том порядке, как эти вещи укладывались в трак. Ага, сказали пограничники, понятно. Открой дверь. Открыл. Ага, еще раз сказали они, ничего не увидев, кроме стола, стульев и домкрата. И добавили: на будущее вези с собой список вещей, чтобы мы знали. Окей, сказал я, список всего-всего? Каждой вещички? Или в общем? В общем, ответили мне, а лучше всего-всего. Аааа, сказал я.

Кому это надо, как это может работать и почему такое вообще возможно — человечеству неизвестно. Кто-то придумал, что надо список, значит — надо. А отменить придумку низзя.

Я позвонил Алле, она прислала общий список, я его принтанул.

На границе со штатами отважный пограничник спросил откуда, куда, что везу. Дом, переезжают, вещи, ответил я. Открой дверь. Открыл. Ага, сказал пограничник, увидев стулья с домкратом, а вот список, есть он у тебя? Я протянул. «Книги, посуда, одежда, шкаф, светильник, стол, стулья, домкрат», прочитал одную двадцатую списка пограничник. Посмотрел на меня удовлетворенно, отдал список. Езжай спокойно, друг, все у тебя в порядке.

Внеочередное подтверждение правилу: государственное, то есть ничье = говно. Что угодно и в какой угодно стране.

69. Коп на охоте. Хотя, это не совсем охота, больше демонстрация, чтобы помнили, что здесь стоят. При том, что в штатах дорожная полиция в своем большинстве порядочная, встречаются индивиды, которые становятся подленько, например внизу спуска, чтобы подловить тех, кто нечаянно не сбросил газ. Или останавливают за превышение на две-три мили. Но это, повторяю, исключения.


70. Начались платные дороги. Минусы — если ты не живешь в этом штате и у тебя нет специального пропуска, который считывает компьютер, тебе приходится останавливаться на каждой кассе и платить 50 центов или доллар. Правда, на других дорогах система как на паркингах: при въезде взял талон, при съезде оплатил. Плюсы дорог: качество, то есть они идеальны, освещение и классные места для отдыха. Это, конечно, вынужденная мера: чтобы не съезжать с дороги и не проходить всю канитель с оплатой и талончиками, между дорогами построен островок со всем, что нужно уставшему водителю.


71. Туалеты, душ, попить-покушать, погулять детям — все круто.


72. Последняя ночевка в дороге. Мне, конечно, не привыкать жить в машине, но ехать с утра до вечера восемь дней поднадоело. Одно утешение: практически закончились мои мучения со спиной. Трясло меня, колбасило, и постепенно мышцы адаптировались, подтянулись и боли почти полностью ушли. Так что и тут плюс.


73. К этому времени я проехал почти семь тысяч километров. Плохие дороги Канады и низкая скорость наверсталась американскими фривеями, к тому же здесь я еду дольше, не обращая внимания на темноту. До первого пункта в городке Мальборо осталось 300 километров, или три часа ходу.


И тут... ))

Вторая часть
Tags: uhaul
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 43 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →